Якушин Михаил Александрович д-р мед. наук, доцент, главный научный сотрудник
105064, г. Москва, ул. Воронцово Поле, д. 12
Michail A. Yakushin Dr. Sci. in Medicine, Associate Professor, Leading Researcher
12, Vorontsovo Pole ul., 105064, Moscow
Карпова Ольга Валентиновна канд. мед. наук, заместитель директора по медицинской части Клинического центра
125993, г. Москва, ул. Баррикадная, д. 2/1, стр. 1
Olga V. Karpova Cand. Sci. in Medicine, Deputy Director for Medical Affairs of the Clinical Center
2/1, Barrikadnaya ul., 125993, Moscow
Айнетдинова Елизавета Сергеевна аспирант кафедры пульмонологии ИКМ им. Н.В. Склифосовского
119991, г. Москва, ул. Трубецкая, д. 8, стр. 2
Elizaveta S. Aynetdinova Postgraduate Student, Department of Pulmonology of N.V. Sklifosovsky Institute of Clinical Medicine
8, bld. 2, Trubetskaya ul., 119048, Moscow
Введение. Дифференциальная диагностика сочетанных когнитивных и экстрапирамидных расстройств у пожилых пациентов остается сложной клинической задачей, требующей интеграции большого объема клинико-инструментальных данных.
Цель. Оценить диагностическую точность, организационные, клинические и экономические эффекты внедрения медицинской информационной системы (МИС) «Диагностика и лечение когнитивных расстройств».
Материалы и методы. В исследование включены 196 пациентов (средний возраст 72,0±7,0 года) с верифицированными когнитивными и/или двигательными нарушениями. Для каждого наблюдения в МИС загружали профиль из 147 признаков по 27 доменам. Диагностическую состоятельность определяли путем сопоставления ведущей гипотезы системы с клиническим референсным диагнозом, а также по показателям чувствительности, специфичности, положительной и отрицательной прогностической ценности. Параллельно в двух группах (основная, n=97 с применением МИС; контрольная, n=99 без МИС) анализировали длительность диагностического периода, параметры фармакотерапии, удовлетворенность врачей и пациентов, прямые затраты.
Результаты. Полное совпадение диагнозов зафиксировано в 81,6% наблюдений, референсный диагноз входил в первые три гипотезы в 92,3% случаев. Специфичность системы по основным нозологическим формам составила 94-100%. В группе с МИС срок установления диагноза сократился на 26,3 дня (р <0,001), число визитов с 4,0 до 2,3 (р <0,001), время работы врача на наблюдение уменьшилось на 5,5 мин. (р <0,001). Доля персонализированных лечебных схем возросла с 47,5 до 86,6%, частота нежелательных лекарственных явлений снизилась с 28,3 до 10,3% (р=0,001).
Заключение. МИС продемонстрировала высокую диагностическую точность, способствовала ускорению маршрутизации пациентов, повышению качества и безопасности фармакотерапии и достижению положительного экономического результата.
Background. Differential diagnosis of combined cognitive and extrapyramidal disorders in older patients remains a complex clinical challenge requiring integration of large amounts of clinical and imaging data.
Objective. To evaluate diagnostic accuracy, organizational, clinical, and economic effects of the health information system (HIS) “Diagnosis and Treatment of Cognitive Disorders”.
Materials and Methods. The validation study included 196 patients (mean age 72.0 ± 7.0 years) with verified cognitive and/or motor disorders. For each observation, a profile of 147 features across 27 domains was loaded into the HIS. Diagnostic performance was determined by comparing the system’s leading hypothesis with the clinical reference diagnosis, as well as sensitivity, specificity, and positive and negative predictive values. In parallel, two groups (intervention, n=97 with HIS; control, n=99 without HIS) were compared regarding time to diagnosis, pharmacotherapy parameters, satisfaction of physicians and patients, and direct costs.
Results. The diagnoses were in complete agreement in 81.6% of cases; the reference diagnosis was among the first three hypotheses in 92.3%. Specificity for major nosological entities was 94-100%. In the HIS group, time to diagnosis decreased by 26.3 days (p < 0.001), number of visits from 4.0 to 2.3 (p < 0.001), physician’s time per case by 5.5 minutes (p < 0.001). The proportion of personalized treatment regimens increased from 47.5% to 86.6%, and the incidence of adverse drug events decreased from 28.3% to 10.3% (p = 0.001). Direct cost savings reached 7,231 rubles per patient per year, with a return on investment (ROI) of 3.8.
Conclusion. The HIS demonstrates high diagnostic accuracy, contributes to faster patient routing, improves the quality and safety of pharmacotherapy, and achieves positive economic outcomes.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.